«Мистецтво на війні»: Андрей Хлывнюк о работе на фронте и турах
В эту субботу, 15 апреля, в 11:00 на телеканале СТБ состоится премьера документального фильма «Мистецтво на війні», снятого Объединением украинских продюсеров, SPACE Production и немецкой компанией BROADVIEW. В фильме украинские музыканты, художники, скульпторы и искусствоведы рассказывают о важности культуры во время войны, а некоторые о том, как из художника переквалифицироваться в военного. Один из героев фильма – Андрей Хлывнюк, украинский музыкант, вокалист, автор текстов группы «Бумбокс», а с начала войны – рядовой Сил Обороны Украины. О том, как ему удается совмещать две разные профессии – в интервью.
Андрей, как удается совмещать два таких разных мира – работу на фронте и туры?
Это две параллельные реальности, которые никак не пересекаются – работа в рок-группе и патрульной полиции. К тому же мы не патрулируем улицы, мы патрулируем небо. Штрафы приносим воздухом оккупантам. А потом я еду и… вроде так и надо, просто пою, отрываюсь, готов прыгнуть людям на руки в зале, исполняя романтические, драйвовые и лирические песни. Ты возвращаешься из одного своего нормального состояния в другое свое нормальное состояние.
Ты соглашаешься с тезисом, что то, что мы делали до войны, сейчас не имеет значения?
Отнюдь. То, что мы делали до войны, имеет сверхважное значение. В том числе для нашей победы. В частности, если бы я не занимался своим любимым делом до войны, у меня не было бы доверия людей сейчас.
Больше по теме: «Мистецтво на війні», «Блекаут. Різдво» і «Водна поліція»: СТБ готує до ефіру одразу три прем’єри українського виробництва
Расскажи о деятельности во время войны на другом фронте – военном и волонтерском.
В начале весны был задействован в добровольческом подразделении «София» под командованием Одувана, затем участвовал в гуманитарных миссиях Киевской области и не только. Это подразделение стало полицейским. Кто-то из ребят захотел в армию и присоединился к Силам Специальных Операций, кто-то пошел в ВСУ, кто-то начал заниматься непосредственно медицинским обеспечением деоккупированных территорий. Моей задачей было оснащение подразделения. Затем возникло направление аэроразведки, а позже – ударной беспилотной авиации. Думаю, что в этой войне выиграют логистика и разум. Поэтому очень важно обеспечение нашей армии всем необходимым.
С 2014 года группа «Бумбокс» не выступает в россии. Какова была реакция их аудитории на это решение? Как думаете, осознавали ли они до конца, почему вы это сделали?
Аудитория, которая когда-то была у нас в постсоветском пространстве, разделилась еще в 2014 году на понимающих, что происходит, и на тех, кто не понимает. Объяснять это такому множеству людей – вещь бесполезная. Либо у человека есть критическое мышление и он все понимает, либо делает другой выбор. Если он следит за моей официальной страницей или страницей группы, и ему интересно, почему этот чувак, который пел о «вахтерах», сейчас надел военную форму – он может проанализировать события и понять. Если пропаганда не предоставляет ему такой возможности, то он в зоне риска. Руководители и соответственно граждане страны, где я был популярен, пытаются нас уничтожить, разрушить наши дома, инфраструктуру, убивают наших детей, насилуют женщин, занимаются мародерством. Для меня это очевидно, как для всех жителей моей страны, и всего цивилизованного мира. Им промыли сильно мозг, подменили понятие любви к своей стране и культуре на понятие любви к бесчеловечной диктатуре, похожей на все другие диктатуры разных времен, как две капли воды… Те, у кого интеллекта достаточно, чтобы понимать, что их страна ведет захватническую войну на уничтожение целой нации – либо просто убежали, либо в процессе эмиграции, либо сопротивляются. Других не переучить. А нам остается действовать, чтобы самые близкие, самые родные наши остались живы. Всё очень просто.
Считаете ли вы, что музыка, которую вы пишете, и вся ваша деятельность как артиста является еще одним фронтом?
Музыка всегда была, есть и будет выполнять функцию калитки в мир, где нет зла. Музыка, как и любое искусство, имеет цель, чтобы человек мог отдохнуть от обыденности. Она – сверхзначимая, потому что люди, которые сейчас приходят на концерт, не только получают порцию песен, с которыми ассоциируют себя, свою юность, они еще приходят за чувством единства и силы жить дальше. Ведь эмиграция – это тоже сложное испытание для людей, которые не собирались этого делать. Ну, хотя бы на примере моих детей. Когда в первые дни нашествия они оказались за границей, и к ним подходили иностранцы, чтобы сказать какие-то теплые слова и спросить, может им что-то нужно, для них это было шоком и стрессом. Доченька моя плакала… Украинцы не привыкли чувствовать себя беженцами.
Есть ли такие песни, написанные ранее, очень коррелируемые с нынешними событиями для вас?
Все песни – это метафоры, это образы. В зависимости от того, какие самые острые эмоциональные ощущения у аудитории сейчас, эти смыслы и возникают наружу. Ну вот, например, есть песня «Дурень», записанная много лет назад. Она об отношениях людей, о том, что даже после разрыва один из любовников продолжает любить свою партнершу или партнера. Она в корне изменила свой смысл сейчас. «Знищено переправу між нами, останній міст» — теперь это злополучный Крымский мост. «Міста мої у вогні» — то, что было метафорой раньше, стало реальностью нашей жизни сейчас. Многие фразы изменили свой смысл, об этом говорят и люди после концерта. «Цей світ під три чорти несеться, як вибуху хвиля, як річкою крига» из песни «Безодня» была записана до вторжения. А сейчас эти слова для многих людей из эзопова языка перешли в прямой.
Является ли искусство оружием?
Искусство – это мощное оружие в информационной войне, которую мы выигрываем. Потому что на нашей стороне правда. Это очевидно для всех, кроме шовинистов, назначивших себя «великими».
И последнее. Как вы думаете, каким будет искусство Украины после победы?
Узнаем вместе. Даже представить себе не могу, каким оно будет, но надеюсь, что мы с вами, друзья, все это увидим своими глазами и посмеемся. В хорошем смысле – порадуемся.
Читайте нас также в Viber и Telegram СТБ
