Михаил Кожухов: «Я отношусь к тем людям, у которых высок исследовательский рефлекс»

Телеканал СТБ

По образованию журналист-международник, по воле случая — рыбак в Камбодже, тамада на малайской свадьбе, сборщик сахарного тростника на Кубе… Кем только не был постоянно находящийся в поисках приключений Михаил Кожухов! Правда, как авторитетно заявляет сам телеведущий, сутенером и вором — никогда!

Почему вы пошли учиться на журналиста-международника? Мечтали поездить по миру? У вас уже был к этому моменту опыт путешествий?
Дело в том, что во мне намешано много разных кровей, в том числе цыганская. Видимо, сказалась какая то бессознательная потребность к перемещениям в пространстве. И уже имевшийся опыт, конечно, сыграл свою роль. Я невероятно любил путешествовать. С детства ходил в походы. Сначала с друзьями родителей. А потом жизнь повернулась таким образом, что я получил от судьбы подарок в виде нового соседа. В той школе, где он учился, существовал специальный отряд, члены которого собирали какие то этнографические редкости и исторические подробности. Но по сути своей это было потрясающее братство, основанное на высоких человеческих ценностях. С этим отрядом я, еще учась в школе, прошел 11 экспедиций — от Белого моря до Байкала.

И какие из них вам больше всего запомнились?

Ну что сейчас говорить о тех впечатлениях! Я долгое время считал, даже когда начал ездить по белу свету, что самое красивое место на земле — Приполярный Урал. Его мало кто видел, потому что туда сложно добраться. Нужно либо пешком идти больше ста километров, либо лететь на вертолете. Но это того стоит! Удивительно красивые горы, не похожие ни на какие другие.

Вы с отрядом школьников там побывали?

Нет, это я уже говорю про последующие мои экспедиции. А потом я передвинул Приполярный Урал на второе место, а на первое в моем рейтинге вышел хребет Сихотэ-Алинь в Хабаровском крае. Ни в Бразилии, ни на Ямайке, ни на юге Африки — нигде ничего подобного нет.

Получается, выбор профессии журналиста-международника определили все таки цыганские гены?

Я пошел учиться по этому направлению, поскольку считал международную журналистику самым интересным, что только есть в мире. Мне казалось, что более увлекательной профессии не существует. А уж повлияла ли на выбор моя одна шестнадцатая цыганской крови и если да, то в какой степени, не знаю.
Была ли разница в восприятии стран в начале вашей карьеры и в тот период, когда позднее вы возвращались туда же снимать сюжеты для программы «В поисках приключений»?
Есть люди, которым интересно жить, а есть те, кому жить неинтересно. Одни — хотят постоянно пробовать новые блюда, другие довольствуются тем, к чему уже давно привыкли. Это вовсе не означает, что одни — хорошие, а другие — плохие. Просто существуют разные типы людей. Видимо, я отношусь к тем, у кого высок исследовательский рефлекс. Страна мне интересна независимо от того, в каком качестве я в нее приезжаю. Другое дело, с какой целью я туда отправляюсь в данный момент: аналитическую статью в газету написать, развлекательную программу на телевидении сделать или просто хочу что то увидеть. Вся разница в том, что в последнем случае я говорю себе: «Как хорошо, что у меня нет камеры и мне не надо работать. Можно просто смотреть по сторонам, наблюдать».

Расскажите, пожалуйста, о передаче, — которую вам было сложнее всего придумать?

Я на телевидении исповедую малопопулярную сейчас религию — исследую жизнь, а не придумываю ее только для того, чтобы кому то показать. Если по тем или иным объективным причинам у меня не получается сюжет, я не делаю реконструкцию, поскольку это уже будет обман зрителя. Я вовсе не отказываю подобному подходу в праве на существование, но мне лично он не интересен и не близок. Я играю по честному, а это сейчас считается немодным, нетехнологичным, за рамками телевизионного процесса. Сложилась такая ситуация по одной причине — исследовать жизнь гораздо труднее, чем ее придумывать. Поэтому, конечно, были программы, которые давались с большим трудом…

Михаил, какая из освоенных профессий поразила вас больше всего?

Поражало многое. Что то даже понравилось. Но этот способ представления других государств был выбран не мной. Я ставлю перед собой цель рассказать о стране и людях, а не научиться, например, торговать. Эти профессии для меня — способ исследования жизни, а вовсе не коллекционирования различных навыков. Хотя они тоже оказываются нелишними.

В одном из интервью вы сказали: «Устал я мотаться в режиме: две недели в России, две за рубежом…» Это правда?

Есть такое. Я выдержал в таком режиме четыре года. Но это очень сложный ритм, очень тяжелая работа, изнурительная… И я ненавижу людей, которые, встречая меня на улицах, говорят, что завидуют мне.

Любите ли вы экстрим? Что вообще для вас экстрим?

Для меня экстрим… Дело в том, что я же был на войне. А все, что можно придумать в мирной жизни, вряд ли дотянет до той остроты ощущений, которую переживает человек, попавший в обстоятельства войны.

А если абстрагироваться от войны? Взять, например, ту же «В поисках приключений»?

Одна из самых экстремальных ситуаций сложилась в Малайзии, когда я должен был  обхватить рукой голову пятиметровой кобры. У меня ушло, наверное, около получаса на то, чтобы заставить себя сделать это перед камерой. Было очень сложно! Для меня эти полчаса превратились в целую вечность.

Ну а из экзотических блюд что труднее всего было заставить себя съесть?

Единственное, что я не смог даже не съесть, а выпить, это молоко, перемешанное с коровьей кровью. Такой напиток масаи употребляют в пищу. Но я отказался его отведать скорее по санитарно-гигиеническим соображениям. Больше ничего есть не боялся.

Читала, вы в юности часто путешествовали в общих вагонах. Сейчас любите комфорт?

Ну конечно, как всякий нормальный человек.

А если выбора не будет? Вы захотите куда то поехать и придется поступиться комфортом. Поедете?

Для меня комфорт — как деньги. Это не цель, а сопутствующее обстоятельство.

Вы и сейчас, как раньше, сплавляетесь по рекам?

Да! Только этим летом в связи с переходом в другую программу был вынужден пропустить сплав. А в прошлом году состоялся чудовищный по своим нагрузкам поход на Север — в Архангельскую область. Мы шесть суток пытались выйти из болот со снаряжением. Очень тяжелый поход!

Расскажите, пожалуйста, подробнее!
В Архангельской области есть идеальная для сплава река Кожа. Ей присвоена третья категория сложности. Единственный минус — река эта находится довольно далеко от цивилизации. Чтобы попасть на нее, надо маленькими речушками добраться до Кожозера, где находятся развалины монастыря. В нем, кстати, служил игуменом небезызвестный патриарх Никон, тот самый, который потом расколол церковь. Так вот, я был на Коже уже дважды. И решил вернуться в третий раз, что со мной случается очень редко. Но нам не повезло — лето оказалось засушливым, и все речушки, по которым можно попасть на озеро, пересохли. Причем это стало понятно, только когда все обратные пути были уже отрезаны. И вместо того, чтобы за несколько часов спокойно долететь до Кожозера, мы шесть суток практически по суше тащили катамаран. Когда наконец дошли, поняли, что ни времени, ни продуктов, ни сил на Кожу уже не осталось. Спас нас отец Елисей (он пытается возродить там монастырь). На своей лодке какими то протоками он через болота вывел нас на тропу, по которой к нему ходят паломники.
Как вы отдыхаете — путешествуете по дальним странам?

Мне ближе спортивный сплав. И вообще я не езжу отдыхать за границу. Разве что на горнолыжные курорты.

А куда ездите кататься на горных лыжах?

Во Францию. Потому что по каким то необъяснимым причинам мне там лучше всего. Больше нравятся склоны — они разнообразнее. И вот тут я комфортом не готов поступиться. Слышал, что Эльбрус — самое лучшее место в мире для горных лыж, но я предпочитаю удобство трасс острым ощущениям.

Как человек, который любит новизну, предпочитаете ездить в разные страны или возвращаться время от времени туда, где уже были когда то?

Конечно, выбираю новые места. Но есть и любовь к каким то странам…

Например?

В свое время я учился на Кубе. Вот туда я готов возвращаться всю мою жизнь.

Сколько же раз вы были на Кубе?
Если не считать учебы, раз пять, наверное. Однажды приехал переводчиком с  товарищем Черненко. Не один, конечно, в составе группы. Мы переводили доклад Фиделя Кастро. На съезде партии мне достался раздел, посвященный женщинам. Там была загадочная фраза о том, что «кубинская женщина должна неуклонно совершенствовать свое мастерство». Я все пытался узнать у кубинцев, что конкретно товарищ Фидель имел в виду. Но они не оценили моего юмора.
По материалам сайта http://www.justtravel.ru, «Туризм и отдых»